Багратион

Летом 1944 г. советские войска осуществили целый каскад мощнейших наступательных операций на всем протяжении от Белого до Черного морей. Однако первое место среди них по праву занимает Белорусская стратегическая наступательная операция, получившая кодовое название в честь легендарного русского полководца, героя Отечественной войны 1812 г. генерала П.Багратиона. Спустя три года после начала войны советские войска были полны решимости взять реванш за тяжелые поражения в Белоруссии 1941 г. На белорусском направлении советским фронтам противостояли 42 немецкие дивизии 3-й танковой, 4-й и 9-й полевых немецких армий, всего около 850 тыс. человек. С советской стороны первоначально имелось не более 1 млн человек. Однако к середине июня 1944 г. численность соединений РККА, предназначенных для удара, была доведена до 1,2 млн человек. Войска располагали 4 тыс. танков, 24 тыс. орудий, 5,4 тыс. самолетов. Важно отметить, что мощные операции Красной Армии летом 1944 г. приурочивались к началу десантной операции западных союзников в Нормандии. Удары Красной Армии должны были, в том числе, оттянуть на себя германские силы, не дать возможности перебрасывать их с востока на запад.

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ РОКОССОВСКОГО О ПОДГОТОВКЕ И НАЧАЛЕ ОПЕРАЦИИ «БАГРАТИОН», май-июнь 1944 г.

По замыслу Ставки главные действия в летней кампании 1944 года должны были развернуться в Белоруссии. Для проведения этой операции привлекались войска четырех фронтов (1-й Прибалтийский — командующий И.Х. Баграмян; 3-й Белорусский — командующий И.Д. Черняховский; наш правый сосед 2-й Белорусский фронт — командующий И.Е. Петров, и, наконец 1-й Белорусский)... Мы готовились к боям тщательно. Составлению плана предшествовала большая работа на местности. В особенности на переднем крае. Приходилось в буквальном смысле слова ползать на животе. Изучение местности и состояния вражеской обороны убедило меня в том, что на правом крыле фронта целесообразно нанести два удара с разных участков... Это шло вразрез с установившимся взглядом, согласно которому при наступлении наносится один главный удар, для чего и сосредотачиваются основные силы и средства. Принимая несколько необычное решение, мы шли на известное распыление сил, но в болотах Полесья другого выхода, а вернее сказать — другого пути к успеху операции у нас не было... Верховный Главнокомандующий и его заместители настаивали на том, чтобы нанести один главный удар — с плацдарма на Днепре (район Рогачева), находившегося в руках 3-й армии. Дважды мне предлагали выйти в соседнюю комнату, чтобы продумать предложение Ставки. После каждого такого «продумывания» приходилось с новой силой отстаивать свое решение. Убедившись, что я твердо настаиваю на нашей точке зрения, Сталин утвердил план операции в том виде, как мы его представили. — Настойчивость командующего фронтом, — сказал он, — доказывает, что организация наступления тщательно продумана. А это надежная гарантия успеха... Наступление 1-го Белорусского фронта началось 24 июня. Об этом возвестили мощные удары бомбардировочной авиации на обоих участках прорыва. В течение двух часов артиллерия разрушала оборонительные сооружения противника на переднем крае и подавляла систему его огня. В шесть часов утра перешли в наступление части 3-й и 48-й армий, а часом позже — обе армии южной ударной группы. Развернулось ожесточенное сражение.

3-я армия на фронте Озеране, Костяшево в первый день добилась незначительных результатов. Дивизии ее двух стрелковых корпусов, отбивая яростные контратаки пехоты и танков противника, овладели лишь первой и второй вражескими траншеями на рубеже Озеране, Веричев и вынуждены были закрепиться. С большими трудностями развивалось наступление и в полосе 48-й армии. Широкая болотистая пойма реки Друть крайне замедляла переправу пехоты и особенно танков. Лишь после двухчасового напряженного боя наши части выбили здесь гитлеровцев из первой траншеи, а к двенадцати часам дня овладели второй траншеей.

Наиболее успешно развивалось наступление в полосе 65-й армии. При поддержке авиации 18-й стрелковый корпус в первой половине дня прорвал все пять линий траншей противника, к середине дня углубился на 5-6 километров... Это позволило генералу П.И.Батову ввести в прорыв 1-й гвардейский танковый корпус... В результате первого дня наступления южная ударная группа прорвала оборону противника на фронте до 30 километров и в глубину от 5 до 10 километров. Танкисты углубили прорыв до 20 километров (район Кнышевичи, Романище). Создалась благоприятная обстановка, которую мы использовали на второй день для ввода в сражение на стыке 65-й и 28-й армий конно-механизированной группы генерала И.А.Плиева. Она продвинулась к реке Птичь западнее Глуска, местами форсировала ее. Противник начал отход на север и северо-запад. Теперь — все силы на быстрое продвижение к Бобруйску! Вечером 24 июня мне позвонил Жуков и с присущей ему прямотой поздравил с успехом...

После прорыва вражеской обороны в Восточной Белоруссии фронты Рокоссовского и Черняховского устремились далее — по сходящимся направлениям к белорусской столице. В немецкой обороне образовалась огромная брешь. 3 июля гвардейские танковые корпуса подошли к Минску и освободили город. Теперь в полном окружении оказались соединения 4-й немецкой армии. Летом и осенью 1944 г. Красная Армия добилась выдающихся военных успехов. В ходе Белорусской операции немецкая группа армий «Центр» была разбита и отброшена на 550 — 600 км. Всего за два месяца боев она потеряла более 550 тыс. человек. В кругах высшего германского руководства возник кризис. 20 июля 1944 г., в то время, когда трещала по швам оборона группы армий «Центр» на востоке, а на западе англо-американские соединения стали расширять свой плацдарм вторжения во Францию, была совершена неудачная попытка покушения на Гитлера. С выходом советских частей на подступы к Варшаве наступательные возможности советских фронтов практически исчерпались. Требовалась передышка, но именно в этот момент произошло событие, которое стало неожиданным для советского военного руководства. 1 августа 1944 г. по указанию лондонского эмигрантского правительства, в Варшаве началось вооруженное восстание, возглавляемое командующим польской Армей Крайовой Т. Бур-Комаровским. Не согласовав свои замыслы с планами советского командования, «лондонские поляки» по сути дела пошли на авантюру. Войска Рокоссовского предприняли большие усилия, чтобы пробиться к городу. В результате тяжелых кровопролитных боев им удалось к 14 сентября освободить пригород Варшавы — Прагу. Но большего советским солдатам и бойцам 1-й армии Войска Польского, сражавшимся в рядах Красной Армии, достичь так и не удалось. На подступах к Варшаве погибли десятки тысяч красноармейцев (только одна 2-я танковая армия потеряла до 500 танков и самоходных орудий). 2 октября 1944 г восставшие капитулировали. Столицу Польши смогли освободить только в январе 1945 г.

Это сражение было героической победой войск советского союза. Многие полегли на полях брани но вражеских солдат было убито намного больше. Данная битва одна из крупнейших и величайших битв за всё историю войны.